Чудом выжившая. История сибирячки, которой пересадили мужское сердце

Ей стало плохо на вечеринке, а через время она проснулась с новым сердцем и не поверила в это

пересадка сердца картинка

27.12.2019

Приводим дословно статью портала ngs.ru

В начале августа Татьяна Манькова сходила на одну вечеринку, после которой ей стало нехорошо. Последнее, что она помнит — как попала в инфекционную больницу. Следующее воспоминание — как она проснулась в клинике Мешалкина и услышала от врачей, что ей пересадили сердце. Татьяна была в шоке и не могла в это поверить. Потом она узнала, что чудом выжила. Журналист НГС Мария Тищенко поговорила с ней о том, каково было принять “чужое” сердце, с какими трудностями она сейчас сталкивается и как поменялось её отношение к жизни.

"Родственникам сказали, что шансов нет"

— В начале августа я была на одной вечеринке: что-то съела и минут через пять почувствовала себя не очень хорошо, появилась тошнота. Мне купили смекту, но я уже чувствовала, что мне не весело. Вызвала скорую — не помогло, потом приехала ещё одна — и меня увезли в инфекционную больницу. У меня стало всё путаться в сознании: я думала одно, а на деле, как оказалось, было другое. Мозг отключился, — рассказывает Татьяна Манькова.

После инфекционной Татьяну отвезли в горбольницу — родственникам сказали, что шансов нет. Постепенно у неё начали отказывать разные органы. Татьяну перевезли в реанимацию клиники Мешалкина, врачи долго не могли установить диагноз. Оказалось, нужна пересадка сердца, и для неё нашёлся подходящий донор, операцию сделали. Но сама Татьяна ничего не знала с того момента, как её положили в инфекционную больницу.

— В моём понимании было так: меня вчера на скорой увезли в больницу, а сегодня я проснулась. О том, что месяц прошёл, я в Мешалкина и мне пересадили сердце, я не знала.

Когда мне это сказали, я была в шоке и кричала: “Вы что тут, идиоты все?”

— Моё сознание отказывалось это принимать. Как будто ты уснул, а потом проснулся на борту какого-то космического судна и не можешь в это поверить, — сравнивает Татьяна Манькова.

Глупо задавать вопрос почему

Татьяна поясняет, что если бы у неё болело сердце, она бы стояла в очереди на такую операцию, то это было бы одно. А так — ничего не болело, она просто проснулась с другим сердцем и сначала даже не видела доказательств в виде шва, потому что не могла пошевелиться. Всё это время её организм испытывал такой стресс, что произошла полная атрофия мышц. Татьяне пришлось заново учиться жить — ходить, поворачиваться, есть. Потом у неё начали выпадать волосы и меняться форма лица — из-за приёма гормональных препаратов. Всё это ей нужно было учиться принимать — с первого дня с ней работал психолог. Во многом, по словам Татьяны, помогал юмор врачей.

— Ты меняешься полностью: лицо становится не твоё, волосы выпадают клочками. Будто по частям вся разваливаешься. Это был жуткий период. Постоянно нужно было мириться с какими-то изменениями. Но в то же время благодарить вселенную за то, что жива. Как говорится, если у тебя что-то болит, значит, ты ещё жив. Осознание этого очень сильно меняет взгляд на мир, на себя. Глупо задавать вопрос почему. Не знаю. Для чего — тоже непонятно, — рассуждает Татьяна.

>> 25 остановок сердца и 40 дней в коме: история акушера, который ждал трансплантацию

Однажды она задумалась, что могла в жизни всё спланировать по-другому, но, конечно, предугадать, что такое произойдёт, невозможно.
 

— Никто не знает, что нас ждёт. Можно всё планировать, но у Бога на нас свои планы. Подготовиться к этому тоже невозможно. Через какое-то время, когда близкие рассказывают, что уже попрощались с тобой, начинаешь осознавать, что врачи совершили чудо. Они сделали практически невозможное, — уверена Татьяна Манькова.

пересадка сердца картинка
У Татьяны своя компания, которая занимается дизайном. С журналистами НГС она встретилась в своём офисе, в который периодически приезжает, чтобы не сидеть дома

"Будь добра, живи: мы столько денег на свечки потратили"

Татьяна считает, что врачи, поддержка людей, Бога, вселенной и её желание жить сделали такое чудо. Она поражается, как много людей её поддерживали, ставили за неё свечки в церкви и молились.

— Я даже не подозревала, сколько людей знают меня и готовы помочь, приложить какие-то усилия. Это был какой-то флешмоб: звонили в Мешалкина, ходили в церковь по всему миру. Когда ты понимаешь, что надеяться уже не на что, даже если не веришь в Бога, всё равно идёшь в церковь. Я очень благодарна всем. Благодарна своим родным, которые это всё прошли, пережили. Это очень страшно. Им говорили, что следующий звонок — “это вы уже за вещами приедете”. Они тоже были к этому не готовы. Мне теперь говорят: “Ты уж будь добра, живи: мы столько денег на свечки потратили!” — смеётся Татьяна Манькова.

"Была мечта — встать с кровати самостоятельно"

На первом этапе восстановительного периода в больнице Татьяне Маньковой казалось, что встать с кровати невозможно.

— У меня была мечта — встать с кровати самостоятельно. Ты к этому идёшь целенаправленно, маленькими шажками, день за днём преодолевая боль, слабость, неверие в собственные силы. “Даже путь в тысячу миль начинается с первого шага”. Из таких маленьких радостей и сейчас. У меня нет каких-то бизнес-проектов — вот в больницу дойти, с кровати подняться, таблетки вовремя выпить. Каждый день маленькие радости, из которых состоит моя жизнь. Больше прошёл, смог наклониться и так далее. Думаю, до весны жизнь будет проходить точно так же. Как говорят: “Не можешь изменить ситуацию, измени своё отношение к ней”. Поэтому всё, что со мной происходит, — это чудо.

Некоторые люди, как заметила Татьяна, просто отворачиваются к стенке и лежат, поддаются апатии, депрессии. Иногда ей тоже не хочется ничего делать, но она берёт себя в руки.

"Прошёл 100 метров и уже устал"

— Я думала, что выйду из больницы и к Новому году научусь заново ходить, летать, плавать, сяду за руль, а теперь понимаю, что никуда не сяду, никуда не пойду. И надо смириться с тем, что восстановительный период действительно займет год. Ты не можешь ничего понять: прошёл 100 метров и уже устал. По лестнице подняться не можешь. Нужно по зёрнышку трёхлитровую банку наполнять, — рассуждает Татьяна Манькова.

Татьяна вспоминает один случай в больнице: думала, что легко поднимется по лестнице, но закружилась голова, подскочило давление. В итоге два дня постельного режима. Всё отделение переполошила — врачи сказали, чтобы больше не повторяла подвигов.

— Ты становишься беспомощной и зависишь от всех. Я не привыкла от кого-то зависеть, скорее, люди больше от меня зависели, чем я от них. А здесь ты становишься как ребёнок. Жду, когда за мной кто-то приедет, что-то мне привезёт. Это странное состояние, но нужно его принять. Некий урок, я думаю. Мне всегда надо было быстрее, на баррикады, шашкой помахать. А теперь всё медленно — полная противоположность моему внутреннему миру. Жизнь меня полностью перестраивает. Может, это то, что мне надо было, — философски замечает Татьяна Манькова.

пересадка сердца картинка
Для Татьяны это серьёзное испытание — зависеть от других людей и нуждаться в помощи, потому что она привыкла жить иначе

"Буду как монах: без всяких радостей жизни"

О других важных вопросах — например, сколько люди живут с пересаженным сердцем — Татьяна еще не думала. Статьи в интернете ей сказали не читать.

— Понятно, что умереть можно и завтра, а можно через 5, 10, 15 и 30 лет. Но я поняла, что человек в любом состоянии хочет жить, как бы ему ни было больно и плохо. Я читаю, что люди путешествуют, даже в горы ходят. Те, кто стремится к этому, живут потом обычной жизнью. Раз в полгода нужно будет ложиться в клинику, чтобы врачи следили за состоянием. Я представила себе жизнь так: буду как монах, без всяких радостей. Но надо потерпеть первый год, а потом, как мне сказала женщина с пересаженным сердцем, как-то возвращаешься к привычному образу жизни. Есть куда расти и стремиться, — считает Татьяна Манькова.

"Я не понимаю, что значит "другое сердце"

— Я не понимаю, что значит “другое сердце”. Какой-то человек же тебе его отдал, жизнь, которую он не дожил. В какой-то степени ты за него живёшь. У нас нельзя говорить, кто донор, но я знаю, что это мужчина. В интернете всякие ужасы читаешь: “Я был таким-то человеком, мне пересадили сердце — и я стал пить пиво или играть на фортепьяно”. В общем, переродился, — смеётся Татьяна.

Врач ей сказал, что такого не может быть. Татьяна говорит, что сложно понять, во что верить.

— Думаю, что вряд ли я начну танцевать лезгинку, если человек был грузином. Сердце же — это орган, как палец, как нога, почему человек должен стать другим? Но всё равно иногда думаешь: а почему это я чипсы хочу, я же их не ем? А потом поняла почему: еда же в больнице полезная, но пресная, вот и захотелось чего-то вредного. Поэтому успокоилась на этот счёт, а когда читала, то думала, что сейчас начнут превалировать мужские качества. Я и так всегда была решительная.

"У меня очень сильно обострилось обоняние"

Татьяна отмечает только, что стали по-другому работать рецепторы.

— Уже нет такого, что тебе очень вкусно. Ты просто ешь и чувствуешь какой-то привкус во всём. Из-за таблеток, наверное. Нет такого, чтобы я получила гастрономический оргазм. Жалко, конечно. Удовольствие от еды — тоже немаловажное. У меня очень сильно обострилось обоняние. Брызнула немного духов, а уже задыхаюсь, а раньше я как итальянцы прямо поливала себя. Я врачей даже по ароматам стала различать, как собачка стала. Врачи шутили, мол, какие еще способности у меня раскрылись, не начала ли я видеть, — вспоминает Татьяна Манькова.

Она добавляет, что специализированной информации в интернете мало, людей с пересадкой сердца в Новосибирске немного. Татьяна нашла рассказ какого-то парня о том, как долго он к этому шёл, как готовился, какие анализы сдавал, а потом операция и год реабилитации. Но никто не расписывает, как проходит эта реабилитация.

трансплантация сердца картинка
Татьяна Манькова много шутит и не теряет оптимизма

"Ты просто выпадаешь из жизни"

Если в больнице процесс контролировали врачи, то теперь ей нужно заниматься всем самостоятельно. Татьяна мечтает поскорее вернуться к полноценной жизни, чтобы можно было ходить в кино, театры, рестораны, водить машину, но пока ничего подобного нельзя. А за три месяца, проведённых в больнице, у неё накопилось много дел.

— Ты просто выпадаешь из жизни: не можешь никуда пойти, даже не из-за того, что у тебя внешность странная. Нужно беречься от инфекций, ходить в маске, чтобы на тебя, не дай бог, кто-то не чихнул — иммунитета же вообще нет. Его подавляют, чтобы он не отторгал чужое сердце. С этим тоже нужно уметь жить. Забываешь же об этом. В лифте проехала без маски, домой пришла — уже в носу свербит.

Зато, говорит Татьяна, теперь она замечает в жизни то, на что раньше не обращала внимания. Если включает фильмы про медицину, то смотрит, какие там больничные кровати. В зданиях обращает внимание на доступность среды.

— Те же пандусы, которых у нас нигде нет. Вот как человеку куда-то попасть? Я не могу нормально ходить, преодолеть лестницу. А в поликлинике три этажа, минут 30, наверное, я поднималась на третий этаж. Это очень тяжело. Я просто ложусь на эти поручни и ползу по ним. А если человек на коляске, то он никогда в жизни не поднимется. Если высокое крыльцо, то я в магазин не иду. Здесь (в здании, где находится офис её компании. — Прим. ред.) я теперь думаю, как здорово, что нет крыльца. Начинаешь смотреть на жизнь под другим углом, — говорит Татьяна Манькова.

Дополнение

Исполняющий обязанности директора Национального медицинского исследовательского центра имени Мешалкина Александр Чернявский прокомментировал ситуацию, которая произошла с Татьяной Маньковой:

— Мы поставили диагноз “миокардит неясной этиологии”. Так и не могли понять: на фоне полного здоровья пациентка вдруг попадает в инфекционную больницу с желтухой. Ей сделали электрокардиограмму и увидели признаки инфаркта миокарда. Направили в региональный сосудистый центр на базе горбольницы № 1, где сделали коронарографию и увидели, что есть серьёзные нарушения функций сердца, но инфаркта нет и коронарные артерии чистые. Пока наблюдали её, в течение дня функции сердца становились всё хуже и хуже. Поэтому вечером позвонили нам: пациентка нуждалась в экстренной механической поддержке сердца, но у них этой услуги нет.

Мы госпитализировали её к себе и подключили к аппарату ЭКМО (экстракорпоральная мембранная оксигенация — насыщение крови кислородом: этот метод используется при развитии тяжёлой острой дыхательной недостаточности, например у новорождённых, в кардиологии и для поддержания жизнедеятельности при проведении операции на открытом сердце. — Прим. ред.). Взяли биопсию сердца и увидели, что идёт воспаление, некроз (гибель) миокарда, разрушение клеток сердца. Две недели, пока она была на ЭКМО, мы собирали разные консилиумы: приглашали к нам токсикологов, паразитологов, инфекционистов и так далее. Но так точно никто не поставил диагноз. Становилось всё хуже и хуже, мы уже поняли, что она не сможет вернуться назад. Тогда сделали трансплантацию сердца.

Источник: news.ngs.ru

Понравилась статья? Поделитесь!

Share on facebook
Facebook
Share on twitter
Twitter
Share on vk
VK
Share on telegram
Telegram
Share on odnoklassniki
OK
Share on whatsapp
WhatsApp

Подписывайтесь на рассылку RusTransplant!

Подписывайтесь на нас в социальных сетях!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Напишите комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

%d такие блоггеры, как: