Остаться в живых: как мама четверых детей после трансплантации почки переболела коронавирусом

Весело и позитивно о пугающем и медицинском — бесценный опыт наших пациенток

18.05.2020

Ксения Руденко — мама четверых детей и пациентка с трансплантированной почкой. С 24 апреля по 3 мая она лежала в Одинцовской областной больнице с диагнозом COVID-19. Сейчас, когда болезнь побеждена, Ксения согласилась поделиться своей историей. Она рассказала, как перенести болезнь бессимптомно, но получить 50% повреждения легких, как важно следить за своим здоровьем, особенно, когда ты пациент с пересадкой. А еще — о  резких ухудшениях  состояния и о том, почему не стоит лечиться на дому.

Мест нет, но вы лечитесь: первые симптомы

Расскажите о ваших первичных симптомах, когда вы почувствовали, что заболеваете?

За неделю до меня заболел муж, у него на один день поднялась температура 37 и 8. Насморк, нос заложило. После аспирина почувствовал себя лучше. На следующий день все было прекрасно, муж отправился на работу. Это предыстория.

А у меня в понедельник 13 апреля поднялась температура до 37, причем очень странная. Обычно я такую температуру легче переношу. А тут появилась дикая слабость, я не могла встать. Так как у нас в  СМИ везде одни разговоры о пандемии – тут любой человек будет насторожен. Понедельник — температура, вторник — температура, среда. Думаю, позвоню-ка я на сайт горячей линии и объясню ситуацию.

 Звоню, рассказываю: что  очень переживаю, потому что я инвалид, с пересаженной почкой. Мне говорят: «Ну, мы сейчас отправим заявку в вашу местную поликлинику, ожидайте скорую помощь». Ни в среду, ни в четверг ко мне никто не приехал, я звоню в местную поликлинику (мы в военном городке живем), а они говорят: «У нас не скорая помощь на дому, мы не знаем, с ковидом вы или нет, поэтому к вам не поедем. Передаем вас в скорую». Скорая приехала только в субботу, мне было уже очень плохо, но температура выше 37,2 не поднималась.

Вставать было очень тяжело, сильная одышка. Врачи сделали мне тест, результат оказался положительным. КТ легких показала, что у меня небольшое повреждение  — 10%, так называемое «матовое стекло». Физически мне было уже очень плохо. Выходит ко мне врач и говорит: «Вы знаете, нам вас госпитализировать некуда». Работники долго звонили по всем больницам, искали, где меня могут принять. Нашли ближайшее место в Клину! Но добавили, что повреждение легких небольшое, можно лечиться на дому. Я доехала до инфекционки, мне прописали лекарства и отправили домой.

Несмотря на лечение, мне становилось только хуже,  а когда я госпитализировалась во второй раз  — температура была 39. Я не могла ни говорить, ни вставать. Не могу даже описать эти ощущения, потому что для меня это оказалось ни  с чем не сравнимым.

А чем вы лечились на дому, у вас были какие-нибудь особенные рекомендации, учитывающие вашу пересаженную почку и вообще состояние здоровья?

Назначения были простые: иммуносупрессию мне не понижали,  просто назначили таваник. Это было основное лечение. Плюс арбидол, аскорбинка и всякая такая ерунда.

Симптомов нет, а повреждение легких - есть

Расскажите, пожалуйста, про случай бессимптомного течения коронавируса у вашего мужа?

Знаете, у меня была запись на платное КТ, я говорю мужу: «Сходи на всякий случай, проверься». Он пошел, выяснилось, что поражение легких у него — 50%, причем пневмония протекала бессимптомно! Его сразу положили в больницу, потому что с таким поражением нельзя лечиться на дому. У него не было температуры.

Он вообще ничего не чувствовал, ходил, в том-то и дело! Мой муж спортом занимается, часто бегает, может быть поэтому не было никаких ощущений. Он все это воспринимал как легкую простуду. 

У вас коронавирус. Но это не точно

Муж  сдал тест на COVID в платной клинике — он показал отрицательный результат. И это на фоне того, что у него было поражено 50% легких! В тот же день он поехал в стационар, там у него брали мазки. И результаты были положительные.

У меня четверо детей. Они все переболели, у всех по 15 дней температура была, 37-37,2, жуткая слабость. Но! Ни у одного из них тесты не показали положительного результата на COVID.  Двум старшим дочерям по 16 лет — они описывали те же симптомы, что и у меня. У них тоже болело между лопаток. Мы все понимаем что при обычном, простудном заболевании не может 15 дней температура держаться. Но как мне объяснили, тесты часто ошибаются. У детей брали мазки из носа и горла — у меня же взяли кровь из вены, экспресс-тест.

Как вас лечили от коронавируса во время второй госпитализации, когда вам, наконец, удалось лечь в стационар?

Но когда я второй раз поступала в больницу — думала, что сейчас уже Богу душу отдам. Отвез меня туда родственник, а не скорая. Там меня быстро поставили на ноги, врачи очень хорошие. Три дня — и мне стало значительно лучше. Со мной на связи  всегда был мой нефролог, Кантария Русудана Отаровна. Совместными усилиями врачи меня лечили, я же не обычный пациент. Мне прокапали капельницы Левотек. Надо было сразу колоть лекарства, не запускать эту ситуацию, учитывая мою пересаженную почку. Но, к  сожалению, в сложившихся обстоятельствах на нас мало кто обращает внимание — такой поток, скорая не справляется, все занято. Я понимаю врачей прекрасно — они на последнем издыхании работают.

 Как я только поступила, мне начали вводить левофлоксацин по 500 мг — капельницы 2 раза в день. И так 7 дней. И почему-то вечером седьмого дня началась жуткая аллергия — я покрылась волдырями, капельницу сразу убрали и меня перевели на цефтриаксон, потом давали ударную дозу плаквенила. И арбидол. 

И еще калетру назначили, но быстро отменили.

При выписке из стационара, мне не назначили никаких препаратов домой, все отменили. Но мой нефролог сказала, чтобы азитромицин я по 500 мг еще недельку пропила, чтоб уж наверняка. Нас всех вылечили в ЦРБ города Одинцово!  Я очень благодарна врачам. И спасибо моему нефрологу Кантарии Русудане Отаровне, она всегда была со мной на связи и очень меня поддерживала!

Не нужно бояться, а нужно лечиться. Я  знаю, что в ГБУЗ МО МОНИКИ (главный областной научно-исследовательский институт) переделали шестой корпус под коронавирусных больных. Но почему нельзя сделать так, чтобы люди с пересаженными почками, сердцем, легкими,  лечились бы в специальных стационарах. Я думаю, было бы  здорово создать нам отдельный корпус… Нас же, людей с пересаженными органами, не так много на Москву и Подмосковье.  Нам спокойней, если бы врачи были в курсе наших проблем со здоровьем. Чтобы они точно знали, какие анализы нужно брать. У меня, к примеру, на концентрацию иммунодепрессантов,  пока я лежала в ЦРБ, никто анализы не брал. А это может быть очень опасно и чревато отторжением  донорского органа.

Любой человек с пересаженным органом будет переживать  — какая концентрация иммунодепрессантов в крови.  Мы не знаем,  как эта болезнь влияет на нас. Конечно, это страшно.

Как прошло ваше восстановление, теперь, когда у вас все позади?

У нас с мужем восстановились легкие. И у всех, с кем я лежала в палате сейчас тоже все пришло в норму. Я думаю, что серьезное осложнение случается у пациентов с серьезными поражениями легких, 75% и более, у тех, кто лежал на ивл. У меня есть знакомый тренер, он попал в Коммунарку, был одним из первых заболевших. Когда его уже выписали, у него была одышка и он долго восстанавливался. Самое главное, если вы заболели — сразу вызывайте скорую. Звоните своим лечащим врачам, наблюдающим вас после пересадки. 

Нас с мужем госпитализировали экстренно — за детьми смотреть было некому. А у всех деток температура. Родителей я не пустила, они пожилые. Дети лечились сами. Старшие смотрели за младшими. Их сначала хотели госпитализировать, увести в какой-то дом-приют, но потом сделали КТ и вернули домой. Моя сестра, которая живет в соседнем подъезде их наблюдала, приносила еду, оставляла под дверью. Разумеется, все бесконтактно.

Но у меня такие дети — я знала точно, что они справятся. Они мне сначала не говорили про температуру, чтобы меня не расстраивать, пока я лежала в стационаре, они скрывали! У старших, которым по 16 лет, 15 дней  держалась температура. У младших, им 10 и 6, то поднималась, то опускалась в течение дня. Но все закончилось хорошо.

Поделитесь, пожалуйста, вашей историей пересадки почки?

В листе ожидания я стояла с февраля 2015 года. А пересадку сделали в октябре 2017. У меня как раз день рождения 11 октября, и в ночь меня вызвали — появилась подходящая мне почка. Такой получился подарок на день рождения. Делал мне операцию Пасов Сергей Алексеевич, очень хороший хирург, спасибо ему большое. Он меня вытащил после всех осложнений. В реанимации я лежала. После всего меня перевели в палату и вроде бы все хорошо — и тут надрыв трансплантата, кровоизлияние, тромбонуло ногу. В общем, приключений было очень много, мне кажется, я потрепала нервы всем врачам. Но ничего, все хорошо закончилось!

Я кстати, как и муж, занимаюсь спортом, хожу в зал: в основном кардио-нагрузки и плавание. Я живу нормальной жизнью, как до болезни. На диализе мне было очень тяжело — я не жила, а существовала. Очень плохо его переносила, после первого диализа даже попала в реанимацию. 

А как вы соблюдали режим самоизоляции? Вы ощущали какую-то особенную угрозу для себя, как для пациента с пересадкой?

Мой муж — полицейский и не о какой изоляции у него речи быть не могло. Я понимала, что, возможно, он мне и принесет коронавирус. Хотя он сидит в кабинете, старается лишний раз не выходить, все-таки это такая работа, предполагающая общение — как ни крути. Мы принимали, конечно, меры, но здесь мне кажется, бесполезно что-либо делать, если хотя бы один человек уходит на работу, выходит на улицу,хотя бы в магазин. Я ко всему относилась спокойно. Да, я ходила в маске, да я обрабатывала руки растворами, я обрабатывала кнопки лифта, ручки дверей, но разве это спасет…

У меня не было возможности снять дом или квартиру отдельную, чтобы самоизолироваться. Ну и потом, мы — семья… Как нам разойтись.

Я теперь думаю: если бы уехала изолироваться, если бы он не поехал и не сделал эти тесты и КТ легких — неизвестно, что было бы сейчас с ним. Он же практически случайно узнал про повреждения. Только из-за того, что заболела я, и мы по своей инициативе пошли делать всей семьей компьютерную томографию. Я еще долго его уговаривала, он все говорил: «Зачем, я же нормально себя чувствую». И в итоге — у него поражение легких было больше, чем у меня.

Я не боялась болезни. Я даже летала в Испанию в начале марта, когда там все только начиналось. По работе нужно было на три дня. Хотя оттуда я как раз ничего не привезла. Эта участь настигла меня уже здесь.

Бояться не нужно, наверное. Ну будешь сторониться каждого человека на улице. Все равно мне кажется, что мы все переболеем. Я инвалид, с пересаженной почкой, с иммунодефицитом — и перенесла это заболевание. Не нужно из-за пересаженной почки всего бояться. Потому что есть люди куда здоровее меня, перенесшие коронавирус хуже (или вовсе не пережившие это заболевание). Конечно, нужно себя беречь. И я думаю, что у нас не самая плохая участь — у людей с пересаженными почками. 

Фото из личного архива

Дарья Голощапова

Дарья Голощапова

научная журналистка, редактор, переводчица

Понравилась статья? Поделитесь!

Share on facebook
Facebook
Share on twitter
Twitter
Share on vk
VK
Share on telegram
Telegram
Share on odnoklassniki
OK
Share on whatsapp
WhatsApp

Подписывайтесь на рассылку RusTransplant!

Подписывайтесь на нас в социальных сетях!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Напишите комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

%d такие блоггеры, как: