Самая большая проблема трансплантации в России — органное донорство

И решать ее необходимо внутри медицинского сообщества

трансплантация органов в Новосибирске

12.10.2020

Новосибирская область показывает отличные результаты по количеству трансплантаций печени. Регион уверенно занимает второе место после Москвы, реализует собственную программу пересадки печени детям любого возраста. Иван Анатольевич Поршенников, руководитель центра трансплантации и хирургии печени Новосибирской областной больницы, рассказал о старте и развитии программы трансплантации, планах, проблемах и путях их решения:

Программа трансплантации печени у нас стартовала в августе 2010 года. Ее открыл  Ян Геннадьевич Мойсюк, тогда — заведующий отделом клинической трансплантологии органов НИИТиО им. ак. Шумакова, сейчас — руководитель отдела трансплантологии МОНИКИ им. М.Ф. Владимирского. Собственно, он и был первым, кто выполнил трансплантацию печени от посмертного донора в Новосибирске. Эта пациентка сейчас жива и хорошо себя чувствует. 

С тех пор программа активно развивается. В 2011 году наш центр выполнил 8 трансплантаций печени, а в 2019 —  40. В 2013 мы выполнили первую пересадку от родственного донора. Вообще, у нас получилось интересное начало печеночной хирургии, можно сказать, что мы вошли в нее не с резекций печени, а с трансплантаций. И это хороший вариант развития событий, потому что когда ты, выполняя резекции, думаешь как трансплантолог, — это совсем другая философия и совсем другой подход, более правильный, как мне кажется. В 2013 же году мы сделали первую гипотермическую резекцию печени, последовательность действий при этом в некотором роде напоминает трансплантацию, с той лишь разницей, что часть собственного органа сохраняется.

В 2015 году мы сделали первую педиатрическую трансплантацию, пациенту еще не было года. В настоящее время ребеночек уже «повзрослел», если так можно сказать, и развивается наравне со сверстниками. Сейчас Новосибирская область — единственный регион, кроме Москвы, в котором выполняются трансплантации печени реципиентам любых возрастных групп и любых антропометрических параметров, в том числе совсем крохотным детям. На текущий момент потребность наших города и области в детской трансплантации печени мы закрываем на 100%, у нас нет необходимости отправлять детей в Москву.

В том же, 2015 году у нас была выполнена первая, так называемая полная split-трансплантация печени, когда один орган от посмертного донора был разделен на две части и пересажен двум взрослым реципиентам. В 2016 году мы сделали классический сплит, когда меньшая часть печени пересаживается ребенку, а большая — взрослому. В 2018 была проведена первая одномоментная пересадка фрагмента печени и почки от посмертного донора мальчику 11 лет. На данный момент у мальчика все хорошо, у него нормальная функция и печени, и почки. В том же году мы, совместно с коллегами из Центра Мешалкина, провели пересадку сердца и печени пациентке с альвеококкозом. Это была первая процедура в стране и в мире при таком заболевании. Кстати, пациентка здорова сейчас, у нее все хорошо.

трансплантация органов в Новосибирске
Иван Анатольевич и пациентка после успешной операции

По состоянию на 2020 год мы покрываем 60-70% потребности в трансплантации печени в Новосибирской области. Конечно, по итогам текущего года, трансплантаций будет меньше — по всем понятным эпидемиологическим причинам. Определенный кризис в трансплантологии пережила, или еще переживает — пока непонятно — вся страна. У нас много стационаров, которые являлись донорскими базами, превратились в госпитали для лечения пациентов с COVID, так что донорская активность, мягко говоря, снизилась.

Особенно мы это ощутили в период с мая по август. Сейчас трансплантации выполняются, в том числе родственные. При удачном стечении обстоятельств, лет через пять-шесть мы сможем на 100% закрывать потребность в трансплантации печени в регионе. 

трансплантация органов в Новосибирске

Уже сейчас для Сибирского Федерального Округа наш центр является референсным. Мы открывали печеночные программы во многих соседних городах: Кемерове, Барнауле, Иркутске, Красноярске. В нашем округе развито тесное взаимодействие между трансплант-центрами. 

Печень — это орган, без которого человек не может жить, в отличии, например, от почек. При пересадке иногда возникают осложнения, требующие ургентных ретрансплантаций, без них шансы на выживание больного стремятся к нулю. У нас были ситуации, когда мы отдавали другим трансплант-центрам орган для таких пациентов, невзирая на собственный лист ожидания. Такая взаимовыручка необходима, потому что при донорской активности в 5 эффективных доноров на миллион населения, своего органа ургентные пациенты могут не дождаться.

Самая большая проблема трансплантации в России (и это касается не только Новосибирска) — это органное донорство. Из десяти донорских стационаров в Новосибирске, реально функционируют примерно три — и похожая ситуация во многих регионах страны.

По моему мнению, проблема эта в меньшей степени зависит от общественного мнения. При той модели посмертного донорства, что действует в России, общественное мнение не так значимо, как правильное воспитание и хорошее образование врачей, начиная с первого курса медицинского вуза. «Разобрать на органы» — такое выражение нередко можно встретить в «желтой прессе», услышать не только от обывателей, но что самое плохое — в беседе с врачами. Это говорит о том, что люди зачастую относятся к этому процессу как к чему-то очень негативному, не осознавая тот факт, что донорство органов после смерти представляет собой акт исключительного гуманизма. Презумпция согласия — это цивилизованная и легитимная модель посмертного донорства органов, функционирующая примерно в половине стран мира. К сожалению, для эффективной реализации этого процесса в нашей стране не всегда достаточно образовательных программ и мероприятий, направленных на формирование общественного мнения.

трансплантация органов в Новосибирске
Иван Анатольевич с Коллегами из Сибирского Федерального Округа и Нижнего Новгорода

Обратите внимание на статистику Кемеровской области за 2019 год: почти 15 эффективных доноров на миллион населения. Согласитесь, это выбивающаяся из общего фона цифра. Знаете, почему так происходит? Потому реализация программы органного донорства находятся в этом регионе весьма серьезно контролируется руководителями, ответственными за этот раздел работы.

Для сравнения, в Москве 22 эффективных донора на миллион населения, этот показатель близок к европейскому уровню. Если бы такие цифры демонстрировали все регионы — наша страна была бы одним из лидеров мировой трансплантологии.

Так что дефицит органов для трансплантации — это системная проблема внутри медицинского сообщества и общества в целом.

 

Фото — из личного архива Ивана Анатольевича

Ксения Боровинская

Ксения Боровинская

Журналистка, просветительница

Понравилась статья? Поделитесь!

Share on facebook
Facebook
Share on twitter
Twitter
Share on vk
VK
Share on telegram
Telegram
Share on odnoklassniki
OK
Share on whatsapp
WhatsApp

Подписывайтесь на рассылку RusTransplant!

Подписывайтесь на нас в социальных сетях!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Напишите комментарий

Войти с помощью: 

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

%d такие блоггеры, как: